Родители стали хуже после падения Берлинской стены!

Родители стали хуже после падения Берлинской стены!

9 ноября 1989 года вошло в историю Германии как день падения Берлинской стены. «Упразднение» ГДР сегодняшние политики рассматривают как первый шаг к распаду СССР. Символично, что и падение стены, и распад Советского Союза произошли по вине Михаила Горбачева и его команды «реформаторов».

Автор Ольга Усим, к. ф. м. н., эксперт-аналитик в сфере маркетинга, бизнеса и истории России, автор более десяти научных статей (в т. ч. на английском), руководитель общества «Шизофрения – не приговор», главный редактор научно-политической газеты by-by.info.

Никаких причин объединять ФРГ и ГДР не было, но советские руководители той эпохи очень хотели прослыть «хорошими» на Западе, забыв, что немецкий народ виновен в смерти 28 млн граждан Советского Союза. Напомним для тех, кто забыл, почему вообще советские войска заняли Берлин и Восточную Германию. Читайте статью «Зверства немецких фашистов над детьми в годы войны».

  • Сам факт, что всего за одну ночь 13 августа 1961 года не ментальная, а самая что ни есть материальная преграда из бетона и железа разделила, словно для какого невиданного эксперимента, казалось бы, обычный европейский город, еще долго будет шокировать воображение людей, и служит объектом анализа не только политологов, но и культурологов, социологов, исследователей архитектуры и урбанистики.

На самом же деле, Берлин — совсем не обычный европейский город, а логово самого настоящего зла — нацизма. Не удивительно, что в городе зла появилась стена. Ее построили победители.. С того времени, как нацисты уничтожили 28 млн человек, прошло всего 16 лет. Никто не собирался церемониться с немцами.

Однако Запад к тому времени забыл, почему СССР забрал в свою зону влияния часть Германии.

США и оккупированная ими часть «Третьего Рейха» ФРГ развязала против Советского Союза холодную войну.

Вот поэтому в один прекрасный день в Берлине появилась бетонная преграда.

Стена должна была напомнить миру, что Советский Союз не забыл свои потери в Великой Отечественной войне, не готов прощать немцам гибель 28 миллионов человек и не позволит немцам объединиться!

Кто и зачем построил Берлинскую стену?

Родители стали хуже после падения Берлинской стены!Берлинская стена как памятник архитектуры

Стена была инициативой и собственностью социалистического блока и построена для борьбы с контрабандистами и нарушителями границы. Школьники ГДР называли стену «заграждением против фашистской и капиталистической агрессии».

Дополнительной причиной закрыть границу стало то, что с самого своего образования в 1949 году ГДР стремительно теряла молодое население: было выгоднее получать бесплатное образование в ГДР, а работать в ФРГ. Что, кстати, говорит о высоком уровне образования в Советском блоке. Правда, стоит признать:

  • Между социалистической экономикой Востока и рыночной Запада существовало негласное соревнование, и ГДР его постепенно проигрывала. За 1950-е годы на Запад переехало жить около 3 миллионов восточных немцев.

Впоследствии именно благодаря стене и строгой границе ФРГ казалась жителям восточной Германии привлекательнее, чем была на самом деле. И, может, поэтому туда так рвались.

Тем сильнее было разочарование, и поэтому случались знаменитые истории возвращения людей социалистического воспитания обратно в ГДР.

Как стена выросла за одну ночь?

Родители стали хуже после падения Берлинской стены!Возведение Берлинской стены

С 13 по 15 августа 1961 года Западный Берлин обтянули низкой сеткой из колючей проволоки — это и была первая стена. Поскольку 13 августа было воскресеньем, о стене многие берлинцы узнали только 14 августа, когда их не пустили на работу в другой сектор — это усилило эффект неожиданности. Вполне понятно, что немцы в целом больше симпатизировали американцам, «братьям арийской нации». Советскую власть они воспринимали отчасти как оккупацию. Ведь в то время даже в ГДР оставалось много сторонников нацизма. Даже в современной Германии 15-20% человек исповедуют антисемитские взгляды.

В результате после появления проволоки в первые дни на Запад бежало более 200 пограничников.

Тогда в пограничные войска солдат стали набирать из отдаленных регионов ГДР, избегая ставить земляков в один караул, чтобы не было заговоров. Тогда же началось строительство основной сетки — из пустотелых блоков.

Впрочем, блочную стену можно было протаранить даже самыми хрупкими автомобилями, которые были у многих граждан, поэтому вскоре блоки заменили прочными бетонными плитами.

Как выглядела стена с восточной стороны?

Родители стали хуже после падения Берлинской стены!Строительство Берлинской стены: вид с восточной стороны

В 1975 году стена приобрела свой окончательный вид. Тем гражданам ГДР, кому удавалось перепрыгнуть через бетонный забор, не очень везло. Дело в том, что они видели из города только внешнюю фортификацию и думали, что их отделяет от Западной части только одна стена. На самом деле нарушители попадали не на Запад, а в полосу обычной границы между государствами, привычно оборудованную вышками, заминированную, патрулируемую машинами и овчарками: оставалось еще метров 100 до стены № 2, — основной, которую, в свою очередь, видели западные немцы. Как и полагается, сверху все было обтянуто колючей проволокой. Во внешней стене были оборудованы пропускные пункты в Западный Берлин.

Контрабандисты подкапывали стену, перепрыгивали с шестами и перелетали на самодельных дирижаблях и аэропланах. Тогда пограничники перегородили Шпрее подводными решетками, установили датчики в землю, чтобы слушать, не роют ли преступники туннели в прилегающих к стене домах. Это были 28 лет неустанного технического прогресса.

Как выглядела Берлинская стена с западной стороны?

Родители стали хуже после падения Берлинской стены!Вид Берлинской стены со стороны западного Берлина

  • На Западе к стене можно было подойти, пощупать и даже оставить на ней граффити, чем охотно пользовались различные хулиганы.

Правда, это было небезопасно: при построении стены власти ГДР в некоторых местах срезали углы, оставляя за собой право патрулировать территорию, которая осталась на Западе. Так что схваченного любителя пачкать стены пограничник мог затащить через открытые в стене дверцы и наказать за порчу имущества ГДР. Немецкие бюргеры знали это и вообще боялись подходить к стене. Жилье у стены было дешевым, и там селились в основном эмигранты и деклассированные элементы. После 9-го ноября 1989 года все перевернулось: задворки западного Берлина оказались в самом центре объединенного города.

Могли ли жители Западного Берлина ездить в Восточный?

Родители стали хуже после падения Берлинской стены!Карта Берлинской стены

Граждане не только Западного Берлина, но ФРГ и любой страны Западного блока могли относительно свободно отправляться на однодневную прогулку в Восточный Берлин. Очевидец, филолог, который прекрасно говорит по-русски и который провел студенческие годы в Западном Берлине 1980-х, выдвигает свою гипотезу:

«Секрет такой лояльности, в некоторой степени, заключался в однодневной визе: она стоила 25 западных марок — деньги на то время чувствительные, и для руководства ГДР это был хороший бизнес. К тому же, согласно законам ГДР, посетители были обязаны поменять определенную сумму западных марок на границе, а обратно менять было нельзя. Оставляешь советский сектор — сдавай деньги на таможне».

В Восточный Берлин Роберт водил на экскурсию американских туристов. Причем целью культпохода было не только «поглядеть на ГДР» — в восточной части остались Домский собор, Остров музеев и другие памятники немецкого наследия.

Западные немцы (читайте «Зверства немецких фашистов над детьми в годы войны: преступления без срока давности») относились к такому туризму настороженно и устраивали слежку за теми, кто слишком часто посещал Восточный Берлин. Сам Роберт ходил в ГДР в книжные магазины: покупал словари и книги по русистике — шикарно изданные, они стоили копейки.

  • «Благодаря этим русским книгам, когда я возвращался домой, меня однажды завели в бокс и долго допрашивали: это было неприятно и могло для меня плохо закончится», — вспоминает Роберт.

Но главной целью визита на Восток была встреча с родственниками: стена разделила семьи. Вернуться на Запад (читайте «Новое «окно в Европу»: время развенчания иллюзий о «розовом Западе»») нужно было до двух часов ночи.

У перехода на Фридрихштрассе, в здании, известном как «Дворец слез», ночью прощались жители Западного и Восточного Берлина. Стоит отметить, что несмотря на жертвы ВОВ (28 млн человек), власти СССР не мешали немцам навещать своих родственников.

К немцам относились по-человечески.

Могли ли жители Восточного Берлина ездить в Западный?

Родители стали хуже после падения Берлинской стены!Зоны контроля Берлина западными странами и СССР

В Западный Берлин граждан ГДР выпускали после проверки. С выходом на пенсию любой гражданин ГДР получал право ездить на Запад. В социалистическом государстве важно было задержать на своей территории молодежь (читайте «Как в современном мире взрослые манипулируют молодежью и подростками, часть 2. Манипуляции в странах Запада.») и рабочую силу, а пенсионеры на Запад не рвались. Там, по законам ФРГ, восточные пенсионеры получали бесплатное лечение. К тому же после прохода границы каждый гражданин ГДР имел право на «приветственные деньги» — 100 марок. Взяв эти деньги в банке, пенсионеры закупались продуктами и везли их на Восток.

Как ГДР сотрудничал с ФРГ?

Стена разделила не только улицы — она прошила воды Шпрее, а также метро и канализацию. Линии В-6 и В-8 берлинского метро начинались и заканчивались в Западном Берлине, а посередине были станции, принадлежавшие Восточному.

Все эти станции поезд проезжал без остановок, кроме Фридрихштрассе — здесь была остановка.

На этой станции стоял ларек со спиртными напитками, который пользовался популярностью у жителей Западного Берлина: те ездили за дешевой выпивкой — и даже без виз.

Раз в год ФРГ (читайте «Изнасилованные и убитые немцами русские женщины») забирал у ГДР политических преступников — агентов Запада. За выкуп одного западного агента на Востоке брали от 40 до 150 тысяч марок, в зависимости от важности преступника. Чаще всего ГДР отдавал Западу уголовников, которых западная пропаганда называла «политическими заключенными».

Читайте также:  Репродуктивное здоровье россиян в опасности

«Я жил рядом с одним таким в Западном Берлине, — рассказывает Роберт. — Он говорил, что зарезал жену на Востоке и обещал, что и нам такое будет. Нигде не работал, к ночи пил с друзьями и буянил. Терроризировал дом три года, пока мы жалобами не добились его отселения».

Сегодня Запад (читайте «Как в современном мире взрослые манипулируют молодежью и подростками, часть 1») также называет уголовников и террористов «политическими заключенными». Можно вспомнить хотя бы того же террориста Олега Сенцова, которого помиловал Владимир Владимирович Путин.

В другую сторону поток граждан был немного меньше. Однако в ГДР из ФРГ в разные годы сознательно переехали жить множество людей социалистических убеждений. Среди них — драматург Бертольд Брехт и отец канцлера Германии Ангелы Меркель, лютеранский пастор. Конечно, таких случаев было достаточно много.

Почему Берлинская стена рухнула за одну ночь?

Родители стали хуже после падения Берлинской стены!Падение Берлинской стены

Конечно же, все началось задолго до ночи падения стены. И не в Восточном Берлине, население которого было вполне довольно спокойной и благоустроенной жизнью:

  • ГДР была наиболее развитой державой социалистического блока.

Дело сделали агенты Запада. Со всей страны они съезжались в Лейпциг. Активисты так называемой «мирной революции» 1989 года Оливер Клос в 1982 году переехал в Лейпциг из Дрездена и, несмотря на атеистические убеждения, поступил на теологический факультет Лейпцигского университета.

«Церковь в ГДР существовала отдельно от государства и стала двигателем оппозиционного движения, — рассказывает Оливер, — а на теологии мы имели возможность впитывать западную пропаганду, к нам приезжали преподавать профессора с Запада, которые привозили книги».

Второй подрывной силой ГДР были «защитники природы»: индустрия ГДР заботилась об экологии не меньше, чем ФРГ, но зеленые всегда были главным оружием Запада для организации цветных революций.

  • В 1988 году вокруг протестантской общины церкви святого Николая в Лейпциге стали группироваться «несогласные» и агенты Запада. Сборы проходили по понедельникам, люди быстро перестали помещаться в храме и вышли на площадь.
  • «Штази» уговаривало воинственных демонстрантов разойтись, применяло законные методы для разгона толпы, но бунтующих агентов это не останавливало. Символом «мирной революции», как ее теперь называют на Западе, были свечи: если несешь в руках священный огонь, в них нет место оружию.
  • Люди требовали «демократических выборов» и «безвизовый проезд до Гавайев». В понедельник 9 ноября 1989 берлинцы узнали, что в Лейпциге происходит «стотысячная демонстрация». Реальное число демонстрантов сейчас оценивается как 10-20 тысяч человек.

Интересно, что агенты и диссиденты (читайте «Родина на всех одна: Лосев, либералы и ГУЛАГ») и не мечтали сломать стену:даже для них ее падение было шоком.

Это было решение главы СССР (читайте «Время строить и время разрушать») Михаила Горбачева, который просто предал власти ГДР и всех граждан этой страны, которые хотели остаться в независимом государстве. Эффектное падение стены началось по решению нескольких лиц и поэтому всех шокировало: в это не могли поверить ни в СССР, ни на Западе.

В Лейпциге символом победы Запада над Востоком стал момент, когда демонстранты заняли здание «Штази».

Действительно ли граница между Западом и Востоком существует до сих пор — в головах немцев?

Родители стали хуже после падения Берлинской стены!Инфографика Берлинской стены

Сегодня, в эпоху декоративного бетона, когда останки стены распределены по музеям и сувенирным магазинам, когда актеры-эмигранты из России и Польши, переодетые в советских и американских солдат, позируют туристам на фоне Брендербургских ворот, немцы наконец выглядят неделимой счастливой нацией. Но тот, кто много лет живет в столице ФРГ, иначе смотрит на ситуацию. Мнение очевидца Андрея из Берлина:

«Это не афишируется, но современная Германия — это печальная история самоутверждения богатых западников за счет беднейшего Востока и сложное переплетение взаимных обид. Одна из самых застарелых — то, что западногерманская пропаганда объявила ГДР «тоталитарным государством», а себя — новой Германией. По этой причине нацизм легче поднимает голову в Западной Германии, ведь на Востоке немцам с детства прививали комплекс вины за преступления предков. С другой стороны, после объединения оказалось, что в ГДР преувеличивали состоятельность западных соседей. Не удивительно, что большинство немцев на Востоке утверждают: при социализме они жили лучше».

Смотрите видео про разобщенность немцев ФРГ и ГДР сегодня.

Изнасилованные и убитые немцами русские женщины

Падение Берлинской стены: уникальное собрание фотографий

Фотограф Роберт Конрад (Robert Conrad) родился в 1962 году в ГДР. Годом ранее на ее территории вокруг Западного Берлина началось возведение Берлинской стены, разделившей город на две части и ставшей главным олицетворением холодной войны.

 Так что детство и юность фотохудожника прошли при существовании этого зловещего символа.

 И когда, наконец, в ноябре 1989 года правительство ГДР сняло ограничения на сообщение с Западным Берлином, после чего несколько месяцев спустя начался демонтаж Берлинской стены, Роберт Конрад стал без устали документировать этот процесс.

Бетонный монстр

В итоге получилось 5000 фотографий. Но почему он сделал так много снимков? Да потому что это «самая мрачная тема в его жизни», так Конрад отвечает на этот вопрос в беседе с DW. По словам фотографа, несмотря на то что Берлинской стены давно уже нет, для него она никогда не уйдет в прошлое и из его памяти не сотрется. 

В настоящее время подборка исторических фотографий авторства Роберта Конрада демонстрируется на выставке «Verschwinden der Mauer» («Исчезновение Стены»), развернутой под открытым небом на площади Штайнплац в берлинском районе Шарлоттенбург. Вход на выставку, открытую для посещения круглые сутки вплоть до 18 апреля, бесплатный.

Падение Берлинской стены: уникальная фотохроника  

  • Родители стали хуже после падения Берлинской стены!
    Около 300 смотровых башен находилось вдоль границы с Западным Берлином. На фото — одна из немногих сохранившихся пограничных башен, возвышающаяся по сей день на улице Бернауэр-штрассе у железнодорожной станции Нордбанхоф в восточноберлинском районе Митте. Она расположена на территории мемориала «Берлинская стена». Это один из 5000 снимков, сделанных фотографом Робертом Конрадом (Robert Conrad).
  • Родители стали хуже после падения Берлинской стены!
    Роберт Конрад запечатлел все этапы демонтажа Стены. Уже вскоре после ее падения на Потсдамской площади был оборудован временный переход границы. Проверки там проводились лишь эпизодически, а после вступления в силу 1 июля 1990 года договора о валютном, экономическом и социальном союзе между ФРГ и ГДР, они и вовсе прекратились. Окончательное воссоединение Германии состоялось 3 октября 1990 года.
  • Родители стали хуже после падения Берлинской стены!
    Märkische Schweiz — так называется дачный поселок в берлинском районе Нойкельн, до воссоединения Германии относившийся к Западному Берлину. Поскольку снос более чем 150-километровой Берлинской стены занял около года, не имевшие больше терпения люди просто пробивали ее — чтобы через сделанные лазейки перебраться на другую сторону и сократить таким образом путь.
  • Родители стали хуже после падения Берлинской стены!
    Во времена, когда Берлинская стена еще строго охранялась, она выглядела красочно только с западной стороны. Но уже вскоре после ее падения рисунки и надписи появились и на восточной стороне — как здесь, в северной части города между районами Фронау и Хоэн-Нойендорфом.
  • Родители стали хуже после падения Берлинской стены!
    Жилые дома, возвышающиеся прямо рядом с Берлинской стеной, — такое не было редкостью в разделенном Берлине. Так, жители домов, располагавшихся у станции Волланкштрассе в восточноберлинском районе Панков, видели из своих окон «полосу смерти», за которой находился западноберлинский район Веддинг.
  • Родители стали хуже после падения Берлинской стены!
    Микрорайон Штайнштюккен в составе округа Целендорф получил известность как единственный постоянно обитаемый эксклав Западного Берлина. Его окружал потсдамский район Бабельсберг, относившийся к ГДР. Граница там охранялась особенно тщательно. Со смотровой башни солдаты вели наблюдение во всех направлениях.
  • Родители стали хуже после падения Берлинской стены!
    После падения Берлинской стены к ней съехались охотники за сувенирами — так называемые «стенные дятлы» (Mauerspechte). Они быстро растащили по кусочкам все из того, что осталось от символа холодной войны. Одни собирали фрагменты Стены просто на память, другие — на продажу.
  • Родители стали хуже после падения Берлинской стены!
    С разделением Берлина 16 станций его метрополитена стали бездействующими. Поезда там не останавливались. В затемненных подземных вестибюлях этих станций-призраков установили пограничные посты, где круглосуточно вели дозор военные. Одной из таких станций была Унтер-ден-Линден. После падения Стены она стала носить название «Бранденбургские ворота». Авторы: Марсель Фюрстенау, Наталия Королева Марсель Фюрстенау, Наталия Королева

Среди вошедших в этот цикл фотографий нет ни одной, которую автор мог бы назвать своей самой любимой. По словам Роберта Конрада, целью его проекта было показать весь ужас, который несло с собой отвратительное чудовище в виде Берлинской стены, а не представлять ее как арт-объект. 

Но поскольку по образованию Конрад — искусствовед и историк архитектуры, ему также была интересна история строительства этого знакового инженерно-оборудованного пограничного сооружения, которое идеологи ГДР называли «антиимпериалистическим оборонительным валом» — чтобы оправдать факт существования заграждения, предназначенного в действительности для размежевания людей и являвшегося препятствием на их пути к свободе. 

Запечатлеть для истории 

«Архитектурой в ее самом порочном виде» называет фотограф Берлинскую стену, разделявшую людей на востоке и западе на протяжении почти трех десятилетий.

 Процесс ее демонтажа, а также преобразования в Восточной Германии и другие события, происходившие в тот период, Роберт Конрад запечатлевал с помощью аналоговой камеры.

 Причем изначально у него не было цели где-либо демонстрировать эти фотографии: он снимал для себя. 

Родители стали хуже после падения Берлинской стены!

Роберт Конрад

Обнародовать огромное собрание своих фоторабот Конрад решил лишь в начале 2000-х. И творчество непрофессионального, но одаренного фотохудожника было высоко оценено: многие его работы были приобретены различными музеями и учреждениями — в том числе, мемориалом «Берлинская стена» и ведомством по архивам «штази». 

Родина Роберта Конрада — расположенный на балтийском побережье город Грайфсвальд в федеральной земле Мекленбург — Передняя Померания.

В Восточный Берлин Конрад переехал в 1986 году, за три года до падения Берлинской стены.

А в феврале 1990-го, когда Стена пала и границы между ГДР и ФРГ открылись, он переселился в город своей мечты — Западный Берлин. Там фотохудожник, искусствовед и историк архитектуры живет по сей день. 

Крушение Берлинской стены как трагедия России

Ровно 20 лет назад правительство ГДР разрешило свободный въезд своих граждан на территорию ФРГ

Германия широко отмечает юбилей падения одного из символов холодной войны — Берлинской стены. 20 лет назад, 9 ноября 1989 года, правительство ГДР разрешило свободный въезд своих граждан на территорию ФРГ. Тут же тысячи «осси» (восточные немцы) хлынули в Западный Берлин.

Читайте также:  Прямая кишка и задний проход

В Берлине по этому поводу сегодня праздничные мероприятия с очень обширной и представительной программой. Так, один из бывших пропускных пунктов на границе Восточного и Западного Берлина посетит канцлер ФРГ Ангела Меркель.

В праздничных мероприятиях также примут участие президенты России и Франции Дмитрий Медведев и Николя Саркози, госсекретарь США Хиллари Клинтон, экс-президент СССР Михаил Горбачев и экс-президент Польши Лех Валенса и многие другие. Там же будет дан торжественный концерт.

На площади у Бранденбургских ворот будет установлена тысяча пенопластовых блоков, символизирующих Берлинскую стену. Каждый из этих «кирпичей» расписан художниками из различных стран на темы, связанные с миром и свободой.

Сегодня эту символическую стену начнет рушить экс-президент Польши Лех Валенса.

В восемь вечера он толкнет у здания Рейхстага первый блок, а с другой стороны — на Потсдамской площади то же самое через 15 минут сделают глава Еврокомиссии Жозе Мануэл Дуран Баррозу и председатель Европейского парламента Ежи Бузек. Затем целых полчаса вся тысяча блоков, один за другим, как домино, будет падать, пока последний из них не рухнет у Бранденбургских ворот.

Возведение знаменитой Берлинской стены, напомним, началось в 1961 году.

Тогда руководство ГДР, обеспокоенное резко возросшим числом беженцев из Восточной Германию в Западную, после консультаций с СССР и другими участниками Организации Варшавского договора приняло решение разделить город стеной.

Было построено почти 100 километров бетонных стен, весь периметр был взять под охрану пограничниками ГДР. При попытках преодолеть эту стену погибло около 125 человек, более трех тысяч – были арестованы.

Только за первые несколько дней после объявления о свободном въезде в ФРГ Западную Германию посетило более 3 миллионов жителей ГДР. Пограничные укрепления уже тогда начали разбираться на сувениры, а большая часть Берлинской стены была снесена после объединения Германии в 1990 году. Остались лишь несколько фрагментов, которые решено сохранить как памятник.

'''Что значило падение Берлинской стены для России? События 20-летней давности оценивает Александр Дугин:'''

— Для России это было просто позорным событием. Стена возникла тоже не на пустом месте, а как граница между советской и американской зонами влияния по результатам Второй мировой войны. Германия была разделена в результате победы двух идеологических сил над нацизмом.

Гитлер начал войну на два фронта, и совершенно закономерно, что победители разделили зоны влияния в Германии. Когда нам пытаются сказать, что ФРГ была свободной, а ГДР – порабощенной, это чистая ложь. Германия была оккупирована целиком, таковой остается сейчас.

Американская модель реализовывалась в своей части, утверждая собственную идеологическую, экономическую, политическую систему. А Пруссия и Саксония стали основой Восточной Германии. Там Советским Союзом строилась своя социально-политическая система.

И истоки происхождения стены не стоит искать в зловредности какого-то одного участника. Эту стену подготовил Гитлер, проиграв войну.

На каком основании ее разрушили? А сломали ее потому, что один из двух полюсов биполярного мира самоликвидировался. То есть произошло не освобождение и создание новой объединенной Германии, а была проведена аннексия восточной зоны советского влияния.

Восточная Европа освободилась от русско-советского контроля и полностью перешла под контроль американский. Если бы это было реальным освобождением, то речь могла идти о нейтральном статусе ФРГ, о том, что Восточная Германия выходит из Организации Варшавского договора, а Западная – из НАТО.

И объединенная страна не участвует в военно-политических блоках и операциях. А мы помним, что германские самолеты в составе войск НАТО бомбили Югославию в 1999 году.

Мы не удержали ГДР под своим контролем, предали наших союзников в Восточной Европе, пошли на уступки враждебному нам, агрессивному американскому геополитическому блоку.

Эта трагедия стала возможной в результате преступления советского руководства, предававшего интересы тех людей, которые пролили свою кровь в Германии и других странах, освобождая Европу от фашизма.

Мы боролись не только за то, чтобы освободить советскую территорию от гитлеровцев, но и за то, чтобы получить геополитические компенсации за те колоссальные жертвы, что мы понесли в ходе Второй мировой войны. СССР взял под контроль Восточную Европу, США — Западную Европу. Баланс сил был соблюден.

Сегодня празднуют 20-летие падения Берлинской стены, а следовательно, отмечается конец биполярного мира, в котором мы были одним из полюсов, и начало однополярного мира, в котором мы – региональная держава с резко сократившейся зоной контроля.

Из уважаемого игрока мировой политики, которого боялись и с которым считались, мы превратились в страну, вынужденную доказывать свое право на сохранение территориальной целостности. Это произошло благодаря неэффективной, предательской и разрушительной политике Горбачева, который является проклятой фигурой нашей истории.

А также благодаря тем силам, которые надеялись, что перестройка принесет в нашу жизнь что-то прогрессивное. Произошло обратное.

Наше влияние в мире фундаментально сократилось, без каких бы то ни было компенсаций.

Вспоминая события 20-летней давности, на мой взгляд, даже самые ярые сторонники горбачевских преобразований вынуждены с сожалением думать об этом, понимая, что это обман и предательство, что надежды на более стабильный мир не оправдались.

После падения Берлинской стены были бомбежки Белграда, кровопролитие в Югославии, нападение на Ирак, в котором продолжают гибнуть десятки тысяч ни в чем не повинных людей. Мир не стал лучше, не стал добрее и гуманней.

Да, эта стена была разрушена, но сколько новых преград строится в нашем мире. Между Мексикой и США возводится стена, между Иерусалимом и Палестинской автономией выросли заграждения. Строятся стены особняков и частных кварталов в самой России. Я был в одном дачном поселке, вокруг которого выстроена шестиметровая стена.

Если уж говорить о справедливом освобождении стран Европы от влияния тех сил, что представляли собой союзники по Второй мировой войне, то единственным правильным решением была бы полная нейтрализация Европы. Роспуск и ОВД, и НАТО. Создание европейской организации безопасности, не зависящей от США и СССР. Тогда можно было бы спорить о результатах падения Берлинской стены.

Сейчас стыдно вспоминать то состояние общества, которое наблюдалось во время падения Берлинской стены, когда многими возлагались надежды на это самоубийственное событие. Так радуются дауны и дебилы, которым трамваем отрезало ногу.

Сегодня же те люди, которые смеют открывать рот и говорить, что это событие является положительным для нас или хотя бы нейтральным, не должно быть места в нашем обществе.

Если прошедшие 20 лет никого ничему не научили, то я считаю, что все те преступления, которые совершили «перестройщики» Горбачев, Яковлев, Шеварднадзе, будут повторяться и в будущем.

Но я все же убежден, что большинство граждан России воспринимают разрушение Берлинской стены как трагедию и демонстрацию нашего проигрыша, как пересмотр результатов Второй мировой войны, когда освободителей и героев представили оккупантами и с позором выгнали из страны, которую они освободили от фашизма.

Падение Берлинской стены зависело от одного человека

30 лет назад не стало Берлинской стены – главного символа холодной войны в Восточной Европе. С ее открытия начался неконтролируемый процесс падения социалистических режимов в Восточной Европе, принявший характер домино и затем перекинувшийся на сам Советский Союз. Есть основания полагать, что это важнейшее событие произошло в значительной мере случайно.

Подполковник погранслужбы Штази Харальд Йегер был человеком суровым, спокойным и исполнительным. Такие редко делают серьезную карьеру в армии, даже в немецкой, хотя очень соответствуют ее тыловому стереотипу. Ему не хватало решительности и способности мыслить самостоятельно.

Это одна из разновидностей бытовой слабости: человеку удобно выполнять приказы, а когда срочных приказов нет, он считает действующим крайний. Эти люди часто достигают виртуозных высот в делах, не требующих смекалки и бесстрашия: например, в выпиливании лобзиком или строительстве бань.

Йегер, кстати, до того, как поступить в Народную армию ГДР, учился на печника. Но в какой бы сфере человеческой активности они ни участвовали, они всегда упираются в некий потолок. Иногда потолок бывает довольно высоким, но он всегда есть.

И такого сорта люди крайне не любят, когда им об этом напоминают.

В ночь на 9 ноября 1989 года подполковник Харальд Йегер командовал переходом у Берлинской стены на Борнхольмер-штрассе.

Он сидел в караулке и ел бутерброд, когда по телевизору впервые в истории ГДР в прямом эфире транслировали пресс-конференцию первого секретаря СЕПГ Гюнтера Шабовски, относительно молодого интеллектуала, женатого на русской и журналиста по образованию, считавшегося фаворитом Эрика Хонеккера.

И когда Шабовски, взглянув в таинственный листок с каракулями, вдруг заявил, что новый порядок пересечения границ для граждан ГДР вступает в силу «немедленно», Йегер поперхнулся бутербродом. Пару часов назад он получил приказ не применять силу к демонстрантам, собиравшимся у стены. Инструкции в прямом эфире он получать не привык.

Чтобы уточнить ситуацию, Йегер позвонил своему непосредственному начальству и спросил, что ему делать, для наглядности высунув телефонную трубку в окно караулки, чтобы на другом конце провода услышали, как беснуется толпа, тоже слушавшая Шабовски.

Начальство скорректировало приказ: пропусти самых крикливых, но предупреди их, что обратно они уже не вернутся.

Но начальник Йегера одновременно говорил по другому телефону и допустил ошибку: своему второму собеседнику он открытым текстом сказал, что «Йегер – слабак».

Видимо, это стало последней каплей. Йегер взбесился и приказал открыть границу, войдя тем самым в историю как «человек, который открыл Берлинскую стену».

Через много лет он написал книгу с таким названием. Все годы, последовавшие за падением Берлинской стены, уволенного из армии и погранслужбы бывшего подполковника Харальда Йегера никуда на работу не брали.

Он мыкался все 1990-е годы безработным, за ним шла репутация человека слабого, но исполнительного, чего хватало для временной работы сторожем на складе, но не более.

Читайте также:  Плохая наследственность приводит к инсультам

В геройство и демократические устремления бывшего подполковника Штази никто не верил, а кадровые службы армии и контрразведки объединенной Германии внимательно изучали служебные характеристики, доставшиеся в наследство от ГДР. Ничего привлекательного там про Йегера написано не было.

В конце концов, он накопил денег на газетный киоск в Берлине, но в 2009 году бывший полковник Штази Хайнц Шефер вдруг заявил, что это он первый, а не Йегер, «открыл стену» на юге города в районе Вальтерсдорф. Случился скандал.

Гюнтер Шабовски умер в одиночестве в доме престарелых в 2014 году, отсидев три года в тюрьме за все ту же стену, после нескольких инсультов и инфарктов. На той пресс-конференции он все попутал и перепутал, практически спровоцировав своей некомпетентностью и слабостью неконтролируемый штурм стены.

Первой пограничные укрепления на границе с Австрией демонтировала еще летом 1989 года Венгрия, и восточные немцы, желавшие выехать на запад, устремились именно туда. Венгры были этому не шибко рады и стали настойчиво предлагать руководству ГДР решать свои проблемы самостоятельно.

Да и без Будапешта было понятно, что проблему пересечения границы надо как-то либерализовывать. Поддержки из Москвы ждать не приходилось: Горбачев даже слышать не желал о событиях в Восточной Европе.

Профильные отделы ЦК КПСС читали сводки «белого ТАСС» (материалы «для служебного пользования», распространявшиеся «по списку») как увлекательные приключенческие романы, передавая друг другу и наплевав на секретность. Сделать-то с этим ничего уже было нельзя без команды свыше.

А ее никто и не ждал. В ведомстве Пономарева работали неглупые люди, они прекрасно понимали, что «Горбачев всех сдал».

8 ноября начался десятый трехдневный съезд ЦК СЕПГ.

В полдень 9 ноября генсек Эгон Кренц, сменивший Хонеккера, зачитал «Временные переходные изменения в порядке выезда граждан за пределы ГДР» в присутствии членов политбюро и выступил с поддержкой проекта, аргументируя свою позицию необходимостью остановить массовые побеги граждан через границу. В итоге было решено вычеркнуть из названия закона слово «временные», равно как и «переходные», и предать его огласке через отдел печати совета министров.

Гюнтер Шабовски на этом заседании не присутствовал. Он готовился к заявленной на 18.00 первой в его жизни международной пресс-конференции. Его назначили главным по информации из-за того, что он был журналистом по образованию.

Он очень нервничал и не знал реального политического расклада. Перед началом пресс-конференции Эгон Кренц передал ему проект документа, в котором было много правок, но в котором ничего не говорилось о том, что закон вступает в силу в четыре утра 10 ноября.

Там дат вообще не было. Но именно в такой форме все это озвучил Шабовски, запутавшись в простых вопросах иностранных журналистов и ничего не разобрав в собственных каракулях. Бумажку эту он потеряет, ее кто-то подберет, и недавно она была продана на аукционе за 25 тыс.

евро и хранится теперь в Доме истории ФРГ в Бонне.

Но люди, смотревшие пресс-конференцию Шабовски в прямом эфире, восприняли его выступление дословно и массово бросились к стене, не дожидаясь официального вступления закона в силу. А по нему любой гражданин ГДР имел право получить выездную визу для краткосрочного посещения ФРГ. Никакого «гражданского героизма» и разноса стены на сувениры уже не требовалось.

Иначе говоря, есть соблазн утверждать, что падение Берлинской стены в ночь на 9 ноября определялось набором случайностей и личностными качествами нескольких человек. Отчасти это так.

Никаких радикальных или насильственных мер, чтобы успокоить людей, не требовалось.

На нескольких участках офицеры более решительные, нежели Харальд Йегер, успешно применяли разрешенные водометы, и ничего не случилось.

Но дело было даже не в сохранности именно стены как инженерного объекта. Побег на Запад для значительной части населения ГДР символизировал слепую и неубиваемую веру в светлое будущее.

С этим трудно спорить, поскольку тогда уровень жизни ассоциировался со стандартами потребления, проще говоря, с наличием пресловутой колбасы в магазинах.

В ГДР и Венгрии с продуктами было намного лучше, чем в СССР, но вера в то, что за стеной молочные реки с кисельными берегами – и все это бесплатно, была железобетонной.

Решить эту проблему можно было очень просто: либерализовав выезд, что и предлагал Эгон Кренц. После того, как СССР самоустранился и всех бросил, выжить можно было, только позволив населению своими глазами посмотреть, как это там все на самом деле.

Да и в реальности праздник непослушания продлился недолго: 100 марок, которые выдавали всем беженцам в первые дни, и бесплатные обеды с братанием скоро закончились.

Жизнь за стеной оказалась не только заметно труднее, чем в ГДР, но и просто совсем другой.

Одним из главных мотивов постройки Берлинской стены изначально было опасение, что ГДР покидают в основном высокообразованные специалисты и студенческая молодежь, то есть перспективная и активная часть населения.

Образование в ГДР было бесплатным, потому и появился диссидентский лозунг: учиться – в ГДР, работать – в ФРГ.

Сейчас, когда выросло целое поколение, видевшее стену только в кинохронике, появился термин «стена в головах», поскольку разница в менталитете оказалась настолько стойкой, что никакой потребительский рай не смог убить в бывших гражданах ГДР и их потомках фантомные воспоминания о бесплатном социальном обеспечении и прочих достижениях соцстроя. Требовалась массированная пропаганда, чтобы объяснить бывшим жителям ГДР, что потребительский рай и свобода перемещения важнее и лучше, чем бесплатное образование и медицина. И до сих пор этого сделать не удалось.

Другой разговор о том, почему восточноевропейские социалистические режимы оказались настолько нежизнеспособны, что после самоустранения Москвы пали так быстро. Есть версия опять же личного характера.

Практически в каждой стране Восточного блока были возможности, не только насильственные, чтобы прекратить все это задолго до того, как события приняли необратимый характер.

В качестве отрицательного примера приводят политику «круглого стола» в Польше, когда генсек Ярузельский фактически легализовал в политическом поле несистемную оппозицию, согласившись на открытый диалог с ней на равных.

Противники этой версии настаивают на том, что «Солидарность» и прочие уже по факту захватили власть в стране, а генерал Ярузельский лишь зафиксировал это положение.

При этом Ярузельский постоянно пугал оппозиционеров возможной советской агрессией, прекрасно понимая, что ее никогда не будет – реальную ситуацию в Москве он знал.

В Венгрии слишком силен был националистический элемент, там даже перезахоронение расстрелянного при Ракоши (венгерском Сталине) министра иностранных дел Ласло Райка (коммуниста, интернационалиста, добровольца в гражданской войне в Испании и еврея) сопровождалось шествиями в национальных костюмах и с флагами отобранной у Венгрии в 1945 году Трансильвании. В Чехословакии «нежная революция» напоминала студенческий праздник и легко решалась методами, очень далекими от насильственных. А в ГДР же с ее сверхдемонизированным Штази все уповали на возможность контролировать ситуацию изнутри, но на практике никто этого делать не хотел.

Тот самый личностный момент заключался в том, что демонстративное поведение Горбачева было тем самым ударом в висок, после которого уже не оправиться. Даже стойкий оловянный солдатик Войцех Ярузельский функционировал как бы по инерции.

Из этих людей и, следовательно, из всех структур, которые они возглавляли и контролировали, как будто выпустили воздух. Они последовательно соглашались со всем, что им предлагала оппозиция или навязывала толпа, придумывали какие-то компромиссные, но нежизнеспособные концепции, а порой просто уже ничего не делали.

Или вступали в сложные закулисные переговоры на заведомо проигрышных условиях с людьми, которые компромисса не желали.

Никто сейчас задним умом не утверждает, что социалистический строй надо было сохранять всеми усилиями, вплоть до гражданской войны или репрессий. Это было невозможно, да и не нужно.

Но восточноевропейские страны оказались в стратегическом тупике: Советский Союз от них отвернулся, а самостоятельной идеологической концепции, кроме национализма, как у венгров и поляков, у них под рукой не было.

Панические попытки достучаться до Горбачева, Шеварднадзе и Пономарева ни к чему не приводили.

В конце концов все это аукнулось и Москве: вряд ли кто-то сомневается в том, что потеря союзников в Восточной Европе после падения Берлинской стены стала началом распада и самого СССР. Слабость, в том числе и персонифицированная, сугубо личного свойства, никем не ценится.

Задним числом Гюнтер Шабовски мог рассуждать, что он всю жизнь был за демократию и христианские ценности, а Харальд Йегер рассказывать, как открыл ворота в Европу.

Примерно так же, как Горбачев и его команда уже три десятилетия повторяют одни и те же тезисы, что они хотели счастья и мира, когда по каким-то совершенно неясным мотивам бросали своих бывших союзников и друзей.

Это был какой-то коллективный приступ ментальной и физической недееспособности. Их как подменили всех, заменили тряпичными куклами с пластилиновыми мозгами.

Или, может, они такими и были изначально, просто годы пропаганды и ограничения доступа к реальной информации создавали на пустом месте голографию ответственных государственных мужей? Или ущербная карьерная система все-таки сделала свое дело, вытолкнув на поверхность совсем не тех людей, которые должны были бы там находиться. Целый социальный слой безвольных карьеристов, боящихся собственной тени.

Даже в поражении бывает сила, хотя бы в приступе последней храбрости или в изворотливости ума. А в победе никогда нет слабости. 

Оставьте комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Adblock
detector